8 800 2000 825
Звонки по России бесплатны
order@e-registr.ru

Слабые места вывода активов материнской компании

13.02.2014

Новые механизмы, возврата «слитых» активов, введенные в законодательство о банкротстве Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ за четыре с половиной года показали свою несомненную практическую ценность в вопросе эффективного восстановления нарушенных прав и охраняемых законом интересов лиц, ввязавшихся в банкротные процедуры.

Отношение к банкротству за это время существенно изменилось – от инструмента «стряхивания обязательств» банкрота до процедуры «прокалывания корпоративной вуали» и возврата подозрительно отчужденного имущества. Нельзя конечно говорить, что ситуация изменилась настолько полярно - случаи тихого закрытия фирмы отнюдь не редки и сейчас, истина, как обычно, притаилась посередине. Одно осталось неизменным – никто всерьез не рассматривает банкротство как реальное средство реабилитации, что конечно же не вызывает никаких сомнений.

Наглядной иллюстрацией этого подхода, служит оговорка в постановлении Президиума ВАС РФ от 04.12.2012 № 8989/12 о банкротстве, как механизме защиты прав инвесторов (кредиторов) при совершении подозрительных сделок между дочерней и материнской компанией, которые в ординарном гражданском обороте являются абсолютно нормальной хозяйственной операцией. 

По существу статьи 61.2, 61.3 закона о банкротстве, содержащие составы спорных сделок, представляют собой набор распространенных казусов «вывода активов» или «предпочтительного удовлетворения», известных разработчикам законопроекта в 2008-2009 года.

Не секрет, что законодательное регулирование никогда не успеет за скоростью оборота, который, в отличие от правовой нормы, находится в постоянном динамичном развитии, особенно в сфере оптимизации хозяйственных рисков, структурировании договорных и корпоративных отношений. Диспозитивная природа гражданских правоотношений всегда будет предлагать суду оценить новые виды правовых схем, формально не подпадающих под перечисленный в законе состав.

В частности, сделки с имуществом, в основе которых лежит корпоративные правоотношения - создание дочернего предприятия посредством внесения вклада материнской компании.

Следует отметить, что подобные операции были известны судебной практике и до Федерального закона № 73-ФЗ, но в качестве самостоятельного состава спорной сделки в этом законе не фигурируют.

В пункте 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.04.2009 № 128 (далее – Письмо №128) высший суд, подтвердив возможность оспаривания вклада в уставный капитал дочернего общества как самостоятельной сделки, сформировал, по нашему мнению, не самый удачный пример разрушения сделки, тем самым создав дополнительные условия правовой неопределенности.

Следует оговориться, что вышеназванные разъяснения были даны судом применительно к статье 103 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – закон о банкротстве) ныне не действующей, но продемонстрированный подход применяется судами и к спорам, подпадающим под действие новой главы III.1

Внешне недействительность операции по передаче имущества в дочернее общество, совершенное в период подозрительности, является очевидной. Но только внешне.

Проблемным элементом состава такой операции является доказанность факта причинения вреда имущественным правам кредиторов (п.2 ст. 61.2) и неравноценного эквивалента (п.1 ст. 61.2)

Определение имущественного вреда закреплено законом о банкротстве не исчерпывающим образом. Федеральный законодатель предоставил суду дискреционные полномочия по установлению данного факта исходя из конкретных обстоятельств, не устанавливая при этом жестких ограничителей. Неравноценность представляемого эквивалента (п.1 ст. 61.2) является частным случаем имущественного вреда, но отнюдь не единственным, на что указывает и сам закон (п.3 ст. 61.4).

Так вот, в рассматриваемом пункте 2 Письма №128 конституирующим признаком недействительности операции по внесению вклада в уставный капитал дочернего общества (создаваемого или существующего) является занижение стоимости отчуждаемого имущества над его рыночной стоимостью. Данная позиция воспринимается арбитражными судами и в настоящее время (постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 19.12.2012 по делу № А53-7394/2010).

Данный подход базируется на узко-формальном имущественном аспекте операции по внесению вклада без учета корпоративного элемента в структуре оспариваемой сделки. Проще говоря, если управляющий сможет принести заключение оценщика о более высокой стоимости имущества, внесенного в качестве вклада в дочернюю структуру, то такая сделка не устоит, если нет - то в ней нет ничего подозрительного. Единственным плюсом такой позиции является её простота и прозрачность для участников оборота. Оборотной стороной – фактическая неоспоримость сделки при рыночной оценке вклада во вновь созданную компанию, что для инициаторов вывода активов банкрота становится чуть ли не идеальным вариантом.

Что же касается негативных последствий занижения вносимого имущества то, как это ни странно, кредиторы материнской компании их не претерпевают с точки зрения строго имущественного вреда. С 2005 года судами активно и единообразно применяется подход, согласно которому при оценке действительной стоимости доли (акции) может приниматься не балансовая, а рыночная стоимость имущества юридического лица (постановление Президиума ВАС РФ от 06.09.2005 № 5261/05 по делу № А50-10328/2004-Г25).

Таким образом, занижение стоимости вклада не влияет на имущественный баланс интересов кредиторов, поскольку, формально, снижения стоимости имущества материнской компании в результате размена активами (имущество превращается в долю (акцию) той же стоимостью) не происходит.

Единственным примером работоспособности предложенной в Письме №128 конструкции – это завышение стоимости вклада иных участников, которые при возможной ликвидации дочерней компании имели бы право на имущество большей стоимостью, чем ими было внесено (постановление ФАС Центрального округа от 21.05.2013 по делу № А68-7221/10).

Поскольку для целей закона о банкротстве эквивалентность определяется на момент совершения сделки, равноценность стоимости доли (акций) вновь созданного дочернего предприятия и стоимости имущества, выступившего вкладом очевидна в силу отсутствия существенных пассивов дочки, т.е. действительная стоимость равна или очень близка стоимости имущества.

В целом же следует согласиться, что операция по внесению вклада в строго имущественном смысле практически всегда является эквивалентной, поскольку в качестве равноценного представления всегда выступает соразмерная доля в уставном капитале дочернего общества, что само по себе не означает отсутствие вреда имущественным правам кредиторов (постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2012 N 15АП-9342/2012 по делу № А53-7394/2010).

По нашему мнению, путем преодоления озвученной проблемы является оценка юридических статусов вещного собственника имущества и корпоративного участника (акционера) дочернего предприятия, в уставный капитал которого внесено такое имущество: по объему правомочий, связанных, в том числе, с возможностью определения судьбы имущества.

С такой позиции, право на долю в дочерней компании не может быть признано равноценным по отношению к титульному праву собственности (постановление ФАС Поволжского округа от 25.10.2012 по делу № А55-4930/2010; постановление ФАС Поволжского округа от 03.07.2012 по делу № А55-18424/2010; определение ВАС РФ от 25.02.2013 № ВАС-1105/13 по делу № А76-7569/2011; постановление ФАС Центрального округа от 21.05.2013 по делу № А68-7221/10).

Аналогичный подход предложен и в проекте постановления Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» (опубликован на сайте ВАС РФ http://arbitr.ru/vas/presidium/prac/100332.html): сделка по передаче активов хозяйственного общества в дочернее предприятие приводит к утрате контроля над активами общества.

В постановлении ФАС Центрального округа от 18.09.2013 по делу № А08-5718/10 развита концепция утраты контроля не только в отношении определения судьбы переданного имущества, но и в отношении самого дочернего предприятия, которое оказывает влияние на стоимость как имущества, так и доли (акций) дочки: контроль за обязательствами дочки; обременением имущества; иными управленческими решениями.

Помимо разницы контрольных полномочий существенным является утрата основных средств, обеспечивающих производственные циклы и, как следствие, прекращение хозяйственной деятельности, а также отсутствие гарантий ликвидности доли (акций) на момент конкурсных торгов, в отличие от имущества волатильность которого более предсказуема и стабильна.

Поскольку четкие ориентиры по вопросу «вредности» операции по внесению вклада в уставный капитал дочернего общества на уровне высшего суда пока отсутствуют, следует отметить региональную разнонаправленность развития судебной практики по данному вопросу.

Полагаем, что практика сохранения таких сделок, правомерна если операция обусловлена объективными экономическими причинами (например, если для должника подобные сделки являются обычными или передано непрофильное имущество, использование которого требует больших затрат) и вырученные средства от продажи доли (акций) на конкурсных торгах соразмерны стоимости переданного имущества.

Формальный подход, основанный исключительно на оценке активов слишком далек от реалий российской экономики. В целом, можно выразить мнение о том, что оценка стоимости капитала непубличных организаций весьма спекулятивна и подвержена субъективным вариациям, что не позволяет рассматривать данный подход как достаточно объективный.

Дискреционные полномочия суда при оценке вреда не должны ограничиваться исключительно наличием заключения оценщика в материалах дела, тем более в рассмотренным случае оно не может объективно свидетельствовать об эквивалентности или обратном. Установить данный факт возможно только совокупностью обстоятельств, требующих судебного суждения. Такие позиции способствуют формированию практики защиты прав инвесторов (кредиторов) и сохранности капитала от недобросовестности контрагентов и, как следствие, оздоровлению предпринимательского климата. 


Смирнов Александр Андреевич

подписаться на рассылку
Архив новостей
Архив публикаций